Какую притчу с тестом сделать следующей?
Жила-была Утка-На-Всех-Есть-Минутка. И была она вполне заурядной уткой. Гнездо-работа, двое маленьких утят от прошлого брака.
Их отец, прекрасный селезень, был лётчиком-испытателем и однажды улетел в сторону юга и не вернулся. С вылуплением двух маленьких утят Утка-На-Всех-Есть-Минутка его пропажу никак не связывала, хотя злые языки говорили всякое.
Жила Утка-На-Всех-Есть-Минутка по совести. Не богато, но честно. Все лучшее детям, себе что останется. Старалась она быть доброй и отзывчивой. Помогала, когда просят, а если не просят - спрашивала, может ли помочь.
И все ее любили и привечали. К кому ни придёт - везде рады. А там где рады Утка-На-Всех-Есть-Минутка старалась быть полезной. То сумки кроту-пенсионеру донесет, то с соседскими цыплятами посидит.
И все бы ничего, жила бы себе Утка-На-Всех-Есть-Минутка так и дальше. Да только ночью, сидя в стареньком, но тёплом гнезде ее накрывала такая тоска, что хотелось крякать по-волчьи.
Чуяла Утка-На-Всех-Есть-Минутка, что жизнь как будто не ее. Как будто нету в ней чего-то особенного. Это ведь было! Точно было! Когда любимый Селезень перед своим роковым отлётом обнимал ее крылом - она будто сама парила. А теперь…
Теперь она ближе к земле. Лапы крепчают, зад все шире, перья не блестят, на покрытие клюва не ходила, страшно сказать, сколько.
Но утром, когда вокруг носились два маленьких утенка такие мысли пропадали. Да и некогда думать. Столько дел, стольким надо помочь, стольких выручить. Так размышляла Утка-На-Всех-Есть-Минутка.
Однажды она гуляла по поляне. Грелась на солнышке. Приглядывала за своими утятами, да за выводком соседки. На поляне было хорошо. Но внезапно появилось ощущение чужого взгляда.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка огляделась и увидела между деревьев два огромных глаза. Она знала кто это. Давненько не виделись.
В кустах между деревьев стояла Сова-Которая-Всё-Поняла. Она была старой, очень умной и однажды ВСЕ ПОНЯЛА. С тех пор почти ни с кем не общалась, изредка приходя к другим зверям, послушать новости.
Просветленную Сову уважали, но и побаивались. Странная она была, нелюдимая молчунья.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка подошла к Сове-Которая-Все-Поняла и по обыкновению спросила: Могу я чем-то помочь?
Сова ответила: Себе помоги. Потом развернулась и ушла.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка опешила. Так ей никто никогда не отвечал. Но Сова никогда не говорила ерунды, ведь она ВСЕ ПОНЯЛА.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка крепко задумалась. А ведь и правда. Я помогаю всем и чем больше помогаю, тем ко мне лучше относятся. Вот только я несчастлива, одинока и клюв облез уже.
Может, Сова права? Надо помочь себе? И она попробовала.
Для начала перестала всем вокруг предлагать помощь. И, о чудо! Все звери и сами справляются со своей жизнью.
Потом Утка-На-Всех-Есть-Минутка сама попросила помощи. Пока бегала на покрытие клюва с ее утятами часок посидела соседка. И снова открытие! Соседка была рада помочь!
Утка-На-Всех-Есть-Минутка понемногу освободила свое время, стала выглядеть лучше, научила утят не только помогать другим, но и заниматься собой. И жизнь ее расцвела новыми красками.
Ночами, в своем стареньком, но тёплом гнезде Утка-На-Всех-Есть-Минутка уже не страдала, а строила планы на будущее.
Сова была права - помочь надо сначала себе.
Их отец, прекрасный селезень, был лётчиком-испытателем и однажды улетел в сторону юга и не вернулся. С вылуплением двух маленьких утят Утка-На-Всех-Есть-Минутка его пропажу никак не связывала, хотя злые языки говорили всякое.
Жила Утка-На-Всех-Есть-Минутка по совести. Не богато, но честно. Все лучшее детям, себе что останется. Старалась она быть доброй и отзывчивой. Помогала, когда просят, а если не просят - спрашивала, может ли помочь.
И все ее любили и привечали. К кому ни придёт - везде рады. А там где рады Утка-На-Всех-Есть-Минутка старалась быть полезной. То сумки кроту-пенсионеру донесет, то с соседскими цыплятами посидит.
И все бы ничего, жила бы себе Утка-На-Всех-Есть-Минутка так и дальше. Да только ночью, сидя в стареньком, но тёплом гнезде ее накрывала такая тоска, что хотелось крякать по-волчьи.
Чуяла Утка-На-Всех-Есть-Минутка, что жизнь как будто не ее. Как будто нету в ней чего-то особенного. Это ведь было! Точно было! Когда любимый Селезень перед своим роковым отлётом обнимал ее крылом - она будто сама парила. А теперь…
Теперь она ближе к земле. Лапы крепчают, зад все шире, перья не блестят, на покрытие клюва не ходила, страшно сказать, сколько.
Но утром, когда вокруг носились два маленьких утенка такие мысли пропадали. Да и некогда думать. Столько дел, стольким надо помочь, стольких выручить. Так размышляла Утка-На-Всех-Есть-Минутка.
Однажды она гуляла по поляне. Грелась на солнышке. Приглядывала за своими утятами, да за выводком соседки. На поляне было хорошо. Но внезапно появилось ощущение чужого взгляда.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка огляделась и увидела между деревьев два огромных глаза. Она знала кто это. Давненько не виделись.
В кустах между деревьев стояла Сова-Которая-Всё-Поняла. Она была старой, очень умной и однажды ВСЕ ПОНЯЛА. С тех пор почти ни с кем не общалась, изредка приходя к другим зверям, послушать новости.
Просветленную Сову уважали, но и побаивались. Странная она была, нелюдимая молчунья.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка подошла к Сове-Которая-Все-Поняла и по обыкновению спросила: Могу я чем-то помочь?
Сова ответила: Себе помоги. Потом развернулась и ушла.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка опешила. Так ей никто никогда не отвечал. Но Сова никогда не говорила ерунды, ведь она ВСЕ ПОНЯЛА.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка крепко задумалась. А ведь и правда. Я помогаю всем и чем больше помогаю, тем ко мне лучше относятся. Вот только я несчастлива, одинока и клюв облез уже.
Может, Сова права? Надо помочь себе? И она попробовала.
Для начала перестала всем вокруг предлагать помощь. И, о чудо! Все звери и сами справляются со своей жизнью.
Потом Утка-На-Всех-Есть-Минутка сама попросила помощи. Пока бегала на покрытие клюва с ее утятами часок посидела соседка. И снова открытие! Соседка была рада помочь!
Утка-На-Всех-Есть-Минутка понемногу освободила свое время, стала выглядеть лучше, научила утят не только помогать другим, но и заниматься собой. И жизнь ее расцвела новыми красками.
Ночами, в своем стареньком, но тёплом гнезде Утка-На-Всех-Есть-Минутка уже не страдала, а строила планы на будущее.
Сова была права - помочь надо сначала себе.
Утка-На-Всех-Есть-Минутка
